Короткая жизнь республики воздушных пиратов

При словах "воздушные пираты" мы вспоминаем или террористов с бомбами, требующих лететь вместо Парижа в Ливию во имя борьбы с сионизмом, или что-то наивно-ретрофутуристичное: персонажей стимпанка, "Порко Россо" или "Чудес на виражах", пишет Илья Басанский на портале Warhead. Первые удручающе реалистичны, вторые кажутся чистым полётом фантазии. Однако у небесных последователей Флинта и Джека Воробья были вполне реальные прототипы. И как ни странно — ближе всего к реальности они изображены мэтром Миядзаки.

Всё началось после завершения Первой мировой. 2300 итальянских национал-анархистов под руководством поэта Габриэле д’Аннунцио заявились в один из осколков рухнувшего мира империи Габсбургов — итальянско-славянский город Триест на севере Адриатического моря. Выгнали оттуда англичан и французов и учинили психоделический политический режим "республики Фиуме": умопомрачительный гибрид зарождавшегося итальянского фашизма с факельными шествиями и пафосными речами, а также анархизма и либертарианства со свободной любовью и абсолютными правами личности. Были ещё социалистические элементы вроде пособий по бедности, бесплатного образования и принципа "труд без утомления".

Марши нередко проходили в нудистском исполнении и сопровождались раздачей народу жареного мяса, вина и кокаина. Прогрессивная конституция республики была написана в стихах. Днём и ночью чад кутежа сочетался с бурной политической жизнью: д’Аннунцио одновременно искренне жаждал абсолютной ненасильственной демократии, но чтобы все голосовали строго за его идеи.

Весь этот Вудсток с речами и факелами требовал Очень Много Денег. Которые, естественно, быстро закончились. Где анархисты берут деньги, когда они кончаются? Правильно, забирают у богатых и раздают себе и бедным. Но и тут д’Аннунцио поступил поэтически. Он призвал десятки лётчиков во главе с героическим графом ди Виллавьера. На гидросамолётах — да-да, точно как в "Порко Россо" — отряды воздушных пиратов Фиуме стали летать над Адриатикой, перехватывать торговые суда с едой и ништяками и учинять набеги на прибрежные поместья аристократии и буржуазии с целью вежливой экспроприации материальных ценностей. Творилось это почти без смертоубийства и со старомодной учтивостью.

Но еды всё равно не хватало. Доходило до историй, которые в силах экранизировать разве что Кустурица. Госсекретарь Фиуме, отважный лётчик и авангардный философ Гвидо Келлер, как-то захотел мяса. За которым полетел в одно из окрестных селений, где стащил свинью. Но свинья оказалась крупной и во время приземления проломила дно пепелаца, выступив в качестве шасси. Для осознания фееричности мизансцены добавим, что летал Келлер во фраке с феской на голове и любимым чайным сервизом под рукой.

Под конец 1920 года в Фиуме пришли итальянские войска и настойчиво, под артиллерийскую канонаду, попросили компанию д’Аннунцио покинуть стратегически важный город. Триест вошёл в состав Италии, после Второй мировой став хорватским городом Риека. Ну а от республики Фиуме остались её психоделическая история и романтичный образ отчаянных воздушных пиратов.

Комментарии: 0